Сегодня: 23 октября 2018 г. | 14 Хешвана 5779 г
 

 

Еврейская община Киева

Опрос

Что для Вас синагога?:

Читать Тору

27 июля, 2018 - 11:09

Комментарии рав Шауль-Айзека Андрущака к недельной главе "Экев" (изучение главы с 29 июля/17 менахем - ав)

Сказано в недельной главе Экев (Дварим, 10:17): «Ибо Г-сподь, Б-г ваш, Он Б-г Б-гов и Владыка владык, Б-г великий, сильный и страшный, который не лицеприятствует и мзды не берет».

Мы так привыкли к тому, что сильные и страшные обязательно, по умолчанию, лицеприятствуют и берут мзду, что вопрос «А кто то допускал, что может и берет?» возникает не сразу. Но если подумать...о! Если подумать, то возникает столько вопросов,  что ты уже начинаешь жалеть, что позволил себе эту барскую забаву – думание.

Начнем с самого простого. Если Б-г, по определению,  абсолютно непостижим и неописуем, то что означают все эти «великий», «сильный», «страшный»?

 Тут ответ простой. Все эти описания касаются не Его самого, а того, какие аспекты б-жественности являются миру и т.д. (Поскольку это не оснавная тема нашего разговора, ограничимся эти).

Следующий вопрос. А что, Б-г мог бы быть незначительным, слабым и смешным?

Ответ: фигня вопрос. Он всё может. Точка.

Допустим. Тогда, третий вопрос: «величие», «милосердие», «милость» и т.д. и т.д. – это понятно, это формы проявления б-жественности. «Атрибуты», как любят говорить интеллектуалы. А зачем ударяться в частности и говорить о лицеприятствовании и взяточничестве?  Разве это не само собой разумеется? Все-таки «Ибо Г-сподь, Б-г ваш, Он Б-г Б-гов и Владыка владык, Б-г великий, сильный и страшный». Как то не по чину до взяток опускаться. Включая откаты от нефтяных и газовых промыслов.

Зачем уточнять, что Всевышний «не лицеприятствует и мзды не берет»?  Не иначе, как потому, что мы могли бы подумать, что при всем своём величии Всевышний всё-таки там и сям...страшно сказать.

Тогда, естественным образом, возникает следующий вопрос: с какой стати? С какой стати нам подозревать Г-спода Б-га нашего в чем-то подобном?

Ну, с лицеприятствием, положим, более менее, понятно. Всевышний сам признался, как то, что есть такое дело. В главе Насо (Бемидбар, 6:26) прямым текстом сказано: «Да будет лицеприятствовать Г-сподь  тебе и доставит тебе мир!». Заключительная часть благословения коѓенов.

Но только это ничего не объясняет, а, наоброт, запутывает! Если Всевышний обещает, что будет лицеприятствовать евреям (что по само по себе очень приятно  и однозначно доказывает, что мы все-таки равнее остальных и т.д.), значит будет. И лицеприятствует. Замечательно. Для нас, по крайней мере. Но как, тогда, Б-га ради, Он – «который не лицеприятствует»???? Он как раз Который-лицеприятствует! Нам!

На этот вопрос, допустим, мы быстренько найдем ответ у Раши. Который, комментируя слова «не лицеприятствует», пишет: «Если свергнете (с себя) Его бремя».

Т.е. до тех пор, пока мы просто безобразничаем – нам лицеприятствование. И только если окончательно переходим границу и начинаем вести себя не как балованные и испорченные любимые дети, а, не дай Б-г, как посторонние  (может быть очень приятные, интеллигентные, благовоспитанные и примерные, но посторонние) вот тогда Всевышний показывает нам кузькину мать, а заодно и более отдаленную родню Кузьки. Как говорили во времена моей армейской службы: «Не хотите по хорошему – будем по уставу».

С этим разобрались.

А что со взяточничеством? Неужели Всевышний где-то и во взяточничестве признается?

Вроде бы, есть известное правило (Шмот Раба, 30:9): «то что ОН делает – Он заповедует Израилю». Иными словами, Всевышний заповедовал нам только то, что исполняет сам. А это значит, что, раз многократно заповедано не брать взятки (см, например, Шмот, 23:8 или Дварим, 16:19), значит и Всевышний взяток не берет!

 Логично. Но - что ты будешь делать?! - в Мишлей (17:23) сказано «Мзду из-за пазухи нечестивого берет, извращая путь правосудия». И Раши поясняет: «Всевышний принимает смирение и раскаяние нечестивых «из-за пазухи», т.е. это остается между Ним и ими». Вот значит как! Берет всё-таки мзду!

(На минуту остановимся, что обратить внимание, на формулировку Мишлей: «мзду...берет, извращая путь правосудие». Разница между лицеприятствованием и мздоимством не только и не столько в том, что лицеприятствовать можно и бесплатно, из чистого расположения, а мзда – это мзда. А в том, что лицеприятствование – это проявление снисходительности и никто не говорит, что подсудимый поступил хорошо. Но, поскольку согрешивший нам нравится, мы его прощаем. Или ограничиваемся устным выговором, без занесения. А мздоимство – это когда извращается правосудие: когда, судья, из своего интереса, вопреки закону постановляет, что преступник невиновен. А в некоторых, особо развитых государствах, и что невиновный виновен).

В праве иметь любимчиков (в нашем- то лице!) мы Всевышнему не откажем. А как быть с правом на судебный беспредел?

В мидраше Ялкут Щимони (на 17 псалом) мы находим такое пояснения заинтересовавших нас слов «Мишлей»: «Мзду из-за пазухи нечестивого берет – Что это за мзда, которую Всевышний принимает от злодеев в этом мире? Это раскаяние и добрые дела. Говорит Всевышний Израилю: Дети мои (я же говорил:  мы – Его дети!!! – Ш.-А.А.)! Пока открыты врата раскаяния – раскаивайтесь. Ибо НА ЭТОМ СВЕТЕ я беру мзду раскаянием. А на том, выступая в качестве вашего судьи, не беру и т.д. ».

Т.е. на этом свете Всевышний все таки берет взятки. Но только раскаянием. Об этом, кстати, и Рамбам пишет (в конце своего комментария на четвертую главу трактата Авот) и Рамбан и Сфорно комментируя рассматриваемый нами стих Пятикнижия): никакие заслуги, никакие свершения не только не оправдываю, но и и не искупают прегрешения. Нет «зато». Заслуги учитываются отдельно, грехи отдельно и, ни в коем случае взаимно не гасятся. Искупить грех можно ТОЛЬКО раскаянием.

Так может в этом дело? Может, говоря, что Всевышний не берет взяток, Тора желает сообщить  нам, что Он их берет, но только раскаянием (и добрыми делами в рамках покаяния)?

В таком случае, возникает два отдельных друг от друга вопроса. Во-первых, что это за «борзые щенки», которыми взятки брать, почему то, можно (Всевышнему)? А, во-вторых, что в этих «борзых щенках», т.е. в раскаянии, такого, что делает его исключением и позволяет с его помощью откупаться от Небесного суда?

В «Мидраш Шмуэль» разница между раскаянием и прочими заповедями объясняется тем, что искренне раскаяние позволяет исправить (по крайней мере на духовном уровне) нанесенный, в результате прегрешения, вред. В то время, как прочие б-гоугодные поступки сделать этого не могут. Поскольку, как уже упоминалось, заповеди возврату и обмену не подлежат. Невозможно лишний раз наложить тфилин «в счет» не прочитанного вовремя Шма. Невозможно лишний раз почтить родителя «за то», что поел свинины, не дай Б-г. Не работает. Даже такое безотказное, если послушать сборщиков милостыни, средство как цдока, без раскаяния, как средство искупления, не работает. Как сказано, «Деньги? Деньги мы Вам вернем!».

Прекрасно. Раскаяние –единственное, но безотказное средство искупить прегрешение в глазах Всевышнему. Раскаялся как следует – искупил грех. Искупил – заслужил прощение! Все сходится!

Всё, да не все. Потому, что если «раскаялся - искупил – заслужил прощение», то где здесь мзда и где обещанное Мишлей «извращение правосудия»? Все законно: исправился и на свободу с чистой совестью! Почему это называется взяткой, если это исправление-искупление?

 Конечно, можно попробовать увязать это со сказанным в Геморе (Йома, 86б), что если раскаяться как следует, да из любви ко Всевышнему, а не из страха перед ним, то может получиться так, что даже злонамеренное, исходно, прегрешение, в заслугу такого глубокого раскаяния, будет засчитано согрешившему и раскаявшемуся, в ЗАСЛУГУ. Вот это уже за рамками правосудия («извращение правосудия»): награждать за преступление, как за подвиг. И тогда становится понятно, почему раскаяние, в подобном контексте, называется взяткой: получив раскаяние (мзду), Всевышний поступается законом Торы , и противозаконно награждает за прегрешение, как за заслугу.

На эту тему даже мидраш есть (Ялкут Шимони, Теилим, 25): «Спросили евреи Тору: что сделать грешнику, чтобы искупить грех? Ответила Тора: пусть принесет искупительную жертву и искупится ему. Спросили евреи Г-спода:  что сделать грешнику, чтобы искупить грех? Ответил Г-сподь: пусть раскается и искупится ему». Т.е. по законам Торы одного раскаяния недостаточно. Поэтому, она посоветовать раскаяние не может. Всевышний же, через голову Торы, предлагает своим любимым евреям такое универсально средство сведения счетов. СВЕРХ предусмотренного Торой. Что противозаконно. Очередное проявление лицеприятствования!

Но и тут не все сходится. Начнем с того, что все что мы только что сказали о раскаянии, относится к самой высшей (и особо труднодостижимой)  форме раскаяния – раскаяния из любви. А у нас, взяткой, судя по контексту, названо раскаяние любого уровня.

Далее. «Прегрешение засчитываются как заслуги» - это о награде. А не об искуплении. Т.е. вообще не имеет прямого отношения к теме нашего разговора.

Поэтому, придется отказаться от этой красивой версии. Жалко, конечно.

Новая версия будет выглядеть так: если понимать сказанное в Мишлей («Мзду из-за пазухи нечестивого берет, извращая путь правосудия») по простому, то получается, что ЛЮБОГО раскаяния достаточно для того, чтобы искупить грех. Естественно, когда мы говорим «любого» мы имеем в виду «любого, классифицируемого ТОРОЙ как раскаяние». Но всё-таки. Как пишет Альтер Ребе (в начале второй главе Игерет ѓ-тшува) «после полного покаяния человеку совсем прощается, что он нарушил веление Владыки. И не напоминают ему этого даже частично в день [Небесного] Суда, и не наказывают его за это, да сохранит Всевышний, в мире грядущем, и он совершенно в том мире не судим». Совсем неплохо.

И это неплохо вполне подпадает под определение «взятки»! Ведь, как мы сказали, без сверх-раскаяния из любви ко Всевышнему, нет полноты искупления. Так почему же люди, не искупившие свои прегрешения, получают отношение к себе как искупившие и, тем более, как не грешившие вовсе («и он совершенно в том мире не судим»!)?!!! ЗА ТО, что раскаиваются, как это предписано Торой и не более того. В то время, как по закону Торы, этого не должно быть достаточно!

Итак, мы, наконец, выяснили в каком смысле раскаяние является взяткой. Осталось понять, почему берущий взятки раскаянием Всевышний именуется «который...взяток не берет».

Ответ будет выглядеть следующим образом: всем понятно, что наше человеческое (я бы даже сказал «человечье» )  восприятие очень ограничено. А «восприятие» Всевышнего не ограничено ничем и, потому, является единственно верным. Но уровне нашего восприятия, тот, кто не возвысился до уровня раскаяния из любви, не раскаялся настолько, чтобы его преступление могло считаться искупленным. И так постановляет наша Святая Тора (которая, как известно, говорит на понятном нами языке и облачает недоступные нашему восприятию материи во вполне доступные формы). И, по закону Торы, принятие любого, соответствующего требованиям закона, раскаяния, как средства искупления – невозможно и противозаконно.

Но Всевышний-то  всеведущ. Он читает в наших сердцах и даже на донышках наших сердец. И Он в состоянии усмотреть подлинное раскаяние там, где сам кающийся его и близко не чувствует (и поэтому Он выставил границы раскаяния там где Он их выставил – почти бесконечно далеко от подступов к вершинам раскаяния из любви). Поэтому, для Всевышнего, такое раскаяние никакая не взятка, а вполне себе удовлетворительное средство искупления.

Т.е. когда Тора говорит о Всевышнем, что Он «мзды не берет», имеется ввиду: то, что выглядит, в ваших близоруких глазенках, как взяточничество – забудьте об этом. Никакого взяточничества здесь нет. Просто, Всевышний меряет СВОЕЙ меркой. А наш закон гласит «Каждый судья исходит из того, что известно ему» (Бава батра, 131а). Этому Судье, всеведущему Судье известно все. Поэтому он раскаяние оценивает отличной от нашей, недоступной нам меркой. Которой нам пользоваться, кстати, нельзя: вот ЭТО было бы настоящим взяточничеством.

Двойной стандарт. Слва Б-гу.

В заключение, хотелось бы напомнить, что совсем скоро наступает месяц элуль.Конечно,  заповедь раскаяния не ограничена никакими временными рамками. И всё-таки Всевышний дает нам целый месяц, когда исполнять эту заповедь легче и приятнее, чем когда бы то ни было ещё. Создает режим наибольшего благоприятствования. Грех не воспользоваться. А согрешим – придется раскаиваться. И неизвестно ещё получится ли. Давайте не будем доводить до греха и покаемся? Хотя бы попробуем.

                                                          

Ну и для тех, кто хотя бы думает о том, чтобы откликнуться на мой призыв, несколько строк практических рекомендаций из второй главы «Законов раскаяния» Рамбама:

 §1. Что такое полное раскаяние? Если тому, кто раскаялся в каком-либо грехе, предоставилась возможность снова совершить его, но раскаяние удержало его от этого, а не страх и не бессилие (например, если человек когда-то находился в преступной связи с женщиной и вдруг снова оказался наедине с ней, и любит ее по-прежнему и телом крепок, и происходит это в том же месте, где когда-то было совершено прелюбодеяние, и все же он удержался от греха) — это полное раскаяние. Об этом сказал Шломо: «Вспомни о Творце твоем в дни юности твоей, пока не придут тяжелые дни, годы, о которых скажешь ты: “Не желаю их…”» (Коэлет, 12:1). Если грешник раскаялся лишь в старости, когда ему уже не по силам coвершить то, что он делал в молодости — его раскаяние, хотя и не является полным, принимается, и он возвращается к Всевышнему. Даже тому, кто грешил всю жизнь, и раскаялся в день своей смерти, и умер раскаявшимся, прощаются все грехи, как сказано в продолжении приведенного выше стиха: «…пока не погасло солнце и свет дня, луна и звезды, и снова не соберутся тучи после дождя» (Коэлет, 12:2) . Это — намек на день смерти; следовательно, даже тот, кто вспомнил о Творце своем и раскаялся только перед кончиной, прощается.

§2. В чем состоит раскаяние? Грешник оставляет свой грех, и удаляет его из мыслей, и принимает в сердце решение не совершать более греха, как сказано: «Да оставит грешник путь свой и преступный человек — замыслы свои…» (Йешаяу, 55:7). И он сожалеть о совершенном, как сказано: «Ибо одумавшись, я начал сожалеть о содеянном и, осознав свою вину, я в досаде ударил себя по бедру, устыдился и смутился, ибо покрыл себя позором грехов юности своей» (Ирмияу, 31:18) — и призывает в свидетели Того, Кому ведомо тайное, что никогда более не совершит этого греха, как сказано «Не назовем более богом нашим творение наших рук» (Oшеа, 14:4). Кроме того, следует исповедаться и выразить словами все эти мысли, все решения, которые человек принял в сердце своем.

§3. Всякий, кто произносит слова исповеди, но в душе своей не принял решения оставить свой грех, подобен тому, кто окунается в очистительный водоем, держа в руке нечистого гада, — такому человеку омовение не поможет до тех пор, пока он не отбросит эту тварь; и сказано так: «Тот, кто исповедуется и прекращает грешить, будет помилован» (Мишлей, 28:13). В исповеди следует рассказать о совершенном грехе, как говорится о том в Торе: «Совершил этот народ великий грех: сделал себе золотого идола» (Шмот, 32:31).

§4. Пути раскаяния таковы: раскаявшийся постоянно вопиет ко Всевышнему, слезно молит Его; раздает милостыню, насколько позволяет ему его достаток, и удаляется как можно дальше от соблазна, который ввел его в грех, и берет себе новое имя, как бы говоря этим: «Я — другой человек, не тот, кто грешил», и изменяет все свои поступки к лучшему, и идет прямым путем, и покидает свой дом — ведь скитания искупают грех, ибо приучают человека к скромности и смирению.

§5. Большое достоинство — каяться в своих грехах публично, рассказывать людям о своих проступках, совершенных в отношении ближних, говоря: «Грешен я перед таким-то, так-то и так-то поступил я с ним, и теперь я раскаиваюсь и сожалею об этом». Всякий, кто из гордости не рассказывает о своих грехах, скрывает их, — не достигает полного раскаяния, как сказано: «Скрывающий свои грехи не преуспеет» (Мишлей, 28:13) . Сказанное относится к грехам, совершенным по отношению к ближним. Когда же человек провинился только перед Всевышним, ему не следует рассказывать о своих грехах: тот, кто поступает так, проявляет бесстыдство; но следует вернуться к Всевышнему и поведать Ему о своих преступлениях, когда же исповедуются на людях, конкретного проступка не упоминают. И это благо, что грех не становится известным, ибо сказно: «Счастлив тот, чье злодеяние прощено, грех сокрыт» (Теилим, 32 11).

§6. Хотя и раскаяние, и мольба действенны всегда, в десятидневный период от Рош а-Шана до Йом-Кипур они имеют особую силу и принимаются сразу, как сказано: «Ищите Г-спода, когда можно Его обрести, призывайте Его, когда Он близко» (Йешаяу, 55:5). Сказанное относится лишь к отдельному человеку; общине же Всевышний внимает в любое время, если люди раскаиваются и взывают к Нему от всего сердца, как сказано: «Есть ли еще такой великий народ, к которому Б-г так близок, как близок к нам Г-сподь, Б-г наш, отвечающий нам всякий раз, когда мы взываем к Нему!» (Дварим, 4:7).

И т.д.

(по мотивам беседы Любавического Ребе, «Ликутей сихот», 34, стр. 59-62)

 

комментарии